Категорії
  Архів новин
 



ГРИГОРІЙ САВИЧ СКОВОРОДА
Глава 4-я

Продолжается суд над змієм

Душа. Когда сей змій подвержен всемирному суду, тогда можем быть и мы над ним судіями. Не он ли есть оный Даніилов болван, філософским, скажу лучше, ізраилским каменем сотренный?.. Недавно я смєялась тому, что он до Авраама привел число троих гостей, а в Содом отправил только двоицу, а третій где? 122. Из воза, по пословицє, убился?.. Конечно, гости стояли на горє. «Тріе мужи стояху над ним». Однако ж не сказал: явися ему Бог у горы, но у дуба. Смєшно и тое: «Не мини мене раба твоего». Потом: «И омыются ноги ваши» 123. Итак, у Авраама тріе, двое и един гость есть то же. Не сіє ли есть, по-германску, шпіцбуб, по-грецку – хімера 124, хімара, а у нас то же, что мара?..

Дух. Цысс-сысс-сысс! Тише, потише, голубко моя! Оглядайся, как притча учит, на заднія колеса. Не спєши! Ах, да не пожрет тя дракон и потоп! Рыдает мати, родившая дерзкого сына. О, дабы не рыдала и тебе! Невєнчанныя оныя страдалцы погубил кто ли? Суд наглый. Вселенскій всеродных бєд вєчно обуревающій вся роды и вся вєки и человєки наводит потоп кто ли? Суд наглый. Спасительную оную от потопа пирамиду совершить в столпотвореніи помешал кто ли? 125. Языки сліял и рєчи замєшал, источившія всєх раздоров и разновєрій ереси: кто ли? Суд наглый. Кто ли пресладчайшій мусікійскій богу орган 126, сирєчь Біблію, дурногласною и безгласною сотворил и разстроил? Кто научил сію Еву пєть пєсни не Богу Іяковлю 127, но бездушному деирскому ідолу, мыру сему? Суд наглый. Поют в костелах в день Святого Духа: «Согласная возшуме пищалская пєснь» 123 и протч.

Но лучше было так пєть: «Разгласная возшумє...» Сего ради изгнан из рая Адам, с растроенною своею псалтырью и с несличными своими гуслями. Эй, Душо моя! Бєгай суда наглаго, опасно суди суд Божій. Знаешь ли, Бібліа есть что ли? Видь она-то есть древняя оная Сфынкс, лев-дєва, или льводєва. Купно лев и дєва. Се стрєтает тебе, обходяй вселенную ищущій, аки лев, дабы коло поглотить, а кто-то стрєтает? Давідов оный проказник, срящ и бєс полуденный 129. Вот тебє Сфынкс! А ты дрємаеш и играеш! Не слышиш ли Соломона: «Любяй бєду достоин ея». Разумєеши ли, яко нынє стрєтает и ожидает тебе – или преблаженна побєда, или совершенная бєда? Аще рєшиш гаданіе ея, аще достанеш острогорній оный град, град Давір 130, град премудрости и граммоты ея премудрыя, град оный апокалипсный, град драгоцєннокаменный, единый, возлюбленный Давіду град оный – «Кто воведет мя во град утвержден?» 131. Се мир тебє и милость во вся дни живота твоего! И дева и жена твоя се, яко лоза виноградная, в боках телєснаго дому твоего родит тебє сыны сіонскія и дщери іерусалимскія, не от крове, но от Бога раждаемыя, яко же пишется: «Блажен, иже имать сродники своя в Сіонє и племя свое во Іерусалимє». Сему-то победителю вышняго града муж Божій Халєб дает в супружество краснєйшую всєх плотских мыра сего невест, безневєстную дщерь свою Асхань 132 оную: «Сію возлюбих от юности моея и взысках невєсту привести себє, яко не увядает красота ея» 133. Аще же по Сампсоновску льва сего, первосрящаго стража и пєстуна дєвы сея, аки дракона, златое руно стрегущаго, не раздерешь 134, о, тогда-то вмєсто сладкаго Асхани твоєя сота онаго: «Гортань ея сладость» 135 встрєнут тебе песіи мухи, «изгнояющіи сладость елея, и шершни и горесть оная». «Горе глаголющим горкое сладким». «Напитаю их пелынем». «Пошлю в них звєри». «Зубы их – зубы Львовы, убивающіи душу».

Раздери льва, Душо моя, да не он раздерет тя. Раздерешь, аще убежишь наглаго суда. Убєжишь, аще будет Господь Бог твой с тобою. В злобном благаго человєка лице сердце крыется блаженно. «Словеса мудрых, яко же гвозди вонзенныи». О, опасно ходи около их, Душо моя. Каждое біблейное слово есть пригвожденно гвоздом оным: «Пригвозди страхом твоим плоти моя». И всякій глас ея есть то львиный рык оный: «Яко лев, возревет Господь». Тогда раздерешь, когда разберешь, найшов же сот истины, воспоешь со Исаією: «В сокровищах спасеніе наше».

Знаю. Тебе видь соблазнили Авраамовы гости. Прошу не уничижать и не ругаться им. Видно, что сіє не дурь и не вздор, когда сказуют, что еврейская Бібліа сим же штілем начинается: «Вначалє сотворил Боги сіє небо і сію землю». Ражжуй! Сотворил Сіє значит един. Боги? Сіє значит не един 136. Подобно пишется и о странниках оных: «Сошед убо, – странник рече, – узрю». Потом: «Мы погубляєм, – говорит тот же странник, – мєсто сіе» 137. Я и мы? Видишь, что здесь значит то же. Аще кто с Пифагором раскусил фігурний тріугол, образующій истину, той видит, яко в нем 3, 2 и 1 есть тожде 138.

Троица во единице и единица в троице быть не может, разве единицы. Но кто же един, токмо един Бог. Вся тварь есть то плоть – разумей: сплетенная пльотка, склеенный пєсок, слєпленный прах, раздєляюйся во свою безконечность, раздєленіем своим и сєченіем отвєтствуя противостоящему естеству Божію, единицею своею в нераздєлную безконечность и в безконечную нераздєлность простертому. Убо вся тварь есть то сєкомая натура. Нєсть ей причастія со всеблаженною оною Единицею: «Едино есть на потребу». И паки со Святою Троицею несть части твари. Сія Агарь 139 есть многая бєдность и бєдная оная многость. «Марфо! Марфо! Печешися и мольвиши о многости...» 140. Едино начало, а началная единость всю тварь предваряет: се угол! Создавшая плоть и вселшаяся в ней: се угол! Ищезшей плоти пребывающа же: се угол! Вот тебе, горлице моя, египетскій тріугол! Вот для чего влюбился в его мудрец самійскій! Не вєдущіи себе и Бога сим соблазняются и ругаются. Свєтлыи же ангелы озаряют смыслы, веселящеся, яко с нами Бог. Тріугол, квадрат, коло, сонце, просфорный хлєб, с вырєзанным средє его и вынятым чрез ієрея квадратом или тріуглом 141, преломлен, просто сказать, растолкован Луке и Клеопє, все сіє единость образует.

Душа. «Радуйся, ковчеже, Духом позлащенный!» Ныне слышу! Ныне вижу! Ты мати и дом... Се! вижу Духа Божія, носящася верху потопных вод. Вижу едино, а тое есть трое. Вижу трое, а то едино... Но како двое и едино?.. Недоумєет ум... Накажи мя, Господи, и накажуся.

Дух. О, несмысленна и косна! От лика буйных дєв, дєво! И сего ли не постигавши? Положи во едино конец и начало. Эй! Будь мнє прозорлива, как Ноева голубица, да? не причтешся к нещасному оному хору и не погибнеш потопом. «Оскудєша добрыя девы» 142. «Погрязоша, яко олово во водах».

Будь же и ты судією, но смотри: праведен суд суди. Не на лицо одно взирай и не цєни по углам горницы, а по позлащенной скорлупє орєха. Знаешь видь, что змій есть, знай же, что он же и Бог есть. Лжив, но и истинен. Юрод, но и премудр. Зол, но он же и благ. «Коль благ Бог Ізраилев правым и мудрым дєвам!» Буде в нем станешь видєть одну злость и плоть, не престанет тебе уязвлять и питать оною, как пишется: «Приложи им зла, Господи, приложи». Кому? «Славным земли». Како может земля, плоть, гной славиться в доме Божіем? Весьма не совєтует Моисею взирать на лице Свое Бог 143. Сіє значит видеть в Бібліи землю и тму, а вкушать яд. Содомляне всплошь – юноши и старцы их – пред сном в вечерь бродят около дому Божія, но алчут, аки пес, всегда 144.

Душа. Я рада очень, чтоб он не был язвительным. Тогда бы я не ругалася ему и не боялася бы смертного жала.

Душа. Как же сіе дєлать?

Дух. Произвесть праведный суд ему – вот что! И точно узнать силу дєла его. Тогда малое отроча поведет его 145.

Душа. Как же сіє дєлать?

Дух. Вознесть и поднять его от земли вгору. Тогда явится спасительная сила его, как сам он признавается: «Егда-де вознесете Сына Человеческаго, тогда уразумеете, яко Аз есмь» 146. Правдиво сказать: что ли я значу? И что ли то есмь? Нынє же сидите на седалищи губителей моих и незлобиву мою невинность убиваите. Сія же то, наконец, есть не ложная печать вєры, чтоб поднять змія чуднаго сего, как пишется: «Знаменія вєрующим: языками возглаголют новыми», «змія возьмут, вознесут...» 147.

Душа. Кто же довлєет его поднять? А поднявши, где его дєвать? Разве на шею повєсить?

Дух. Горы преносит, и змія поднимает кто ли? Вєра. Подними прежде, не зміино, но твое самаго сердце, куда? К вєчному, а змій во слєд твой самовольно вознесется вгору и повиснет на древє, а тебе на шею.

Душа. Вот бєда! Загризет...

Дух. О дура! Не бєда, но спасеніе... Он только тогда вреден, когда по землє ползает.

Душа. Скажи, Отче, пояснєе, како ли повиснет на древе? Мы древо разумєем то, что крест, виселица...

Дух. Скажи лучше так: мы ползаем по землє, как младенцы, а за нами ползет и змій. И кто вас возставит? Да не выходит из памяти тебє пресвєтлая (слыши, дщи) Божіих гор седмица! Они суть седмь райскія яблони, седмь же, как едина, раждающа плод вєчныя жизни. Теперь почувствуй сладкій сей глас невєсты. «Яко яблонь посредє древес лєтных, тако брат мой посредє сынов». «Положите мя в яблоцєх; под яблонею возбудих тя». «Тамо роди тя мати твоя». Видишь ли, куда вгору вземлется и на коем древє вєшается? Такожде Исаіа чрез райское древо жизны разумєет седмицу: «Яко же дніє древа жизны, будут дніе людей моих».

На сем насажденном при исходищах вод древє повєшен, из нечестиваго мужа блаженным, из ползущаго божественным, из ядовитаго дєлается спасителным, из мертваго живым... Послушай, како Исаія о всєх Ноевых, или біблейных скотах, зверях и о самом зміє благовєстит: «Не повредят, ниже погублят?» Но внемли, гдє не повредят? «На горє-де святой Моей». «Волцы и агнцы ймуть пастися вкупе». «Лев, яко вол, снєсть сламу, а змія – землю» 148.

Если же мне скажешь: он и без горы кушал землю и за то от Бога проклят, затєм же то он проклят, – что жрал не на горє, без горы, не на горах святых. Не за то, что єл землю. Вся система мыра сего есть земля и прах, вода текущая и сєнь, псам преходящая. Подобало ему ясти и пить со Клепою, а гдє? На пути субботном, или с Петром на с небес низпущенной коврє или скатертє, или с Павлом у стола седмистолпнаго дому, или в горницє с ноги умывающими апостолами, сіесть со Ізраилем 149. А где же? Тамо, пред Богом. В то время был бы он благополучен, как написано: «От потока на пути піет: сего ради вознесе главу». «Вознесу тя, Господи, яко подъял мя еси».

Вознесши же главу свою, могл бы тогда приподнять и все свое тулубище, как сам признавается: «Аще Аз вознесен буду от земли, тогда вся привлеку к себє».

Душа. Почему свєтлая седмица есть путь и поток?

Дух. Потому, что она есть лєствица, все возводящая к Богу. Он един благ и един высок. А поток потому, что напаяет всю біблейную землю, устрояя к плодоприношенію всю неплодну фігуральних тварей тем тму. Для того пишется: «Источник исхождаше от земли и напаяше все лице земли». Лице есть то же, что фігура, эмблемат, образ: «Лице Мое да не явится тебє». «Просвєти лице Твое, и спасемся».

Душа. Скажи же мнє: когда просвєщается лице Божіе? Видь сонце и день есть сам собою свєтел.

Дух. Никак! Всякая стихіа есть то тма. А просвєщается лице Божіе тогда, когда в сердцє сонечныя фігур является слава Божія. Во время оно свєтает в сонцє свєт невечерній, а во днє его мрачном зарєет дневнее утро незаходимаго вєка. И сіе-то есть: «Во свете Твоем узрим свєт».

Из седмицы дней 7 проповедей выводит Давід Богу 150. Так мудрствовать и протчіим совєтует: «Благовєстите-де день от дня». Іоил же: «Вострубите трубою в Сіонє». «Проповєдуйте в горе Моей святой» 151. А что ли проповєдать? Вот что: «Яко приходит день Господень»; «Яко близ день тмы и бури, день облака и мглы».

Тфу! Как же не близко? Он закрылся в нашем мрачном и бурном днє. Так он нашим днем пожерт, как Іона, китом 152. И будьто закрыт стєною: «Се сей стоит за стєною нашею». Но стєны двигнутся проч, а злой день изблюет благаго: «День дню отрыгает глагол», сярєчь мудрому из мрачнаго дня выходит разум вєчнаго дня. Во время оно фігура, таящая во утробє своей одєющагося свєтом, яко ризою, яки роза и крын, дышет благовонныя духи: «Дондеже дхнет день и двигнутся сєни». «Смирна и стакта и касіа от риз твоих» 153.

Душа. А я не угадаю ли? – Наш темный день и сонце есть то горестна гора. А день Божій есть то из горы мамврійскій дуб. Знать-то он высок, когда авраамскій пир под ним... 154.

Дух. Вот тогда ж то просвєщается лице Божіе, сирєчь сонце, когда из него прорасло древо премудрости. Тут-то пир: «Яко в сєни его (то есть сонца) мудрость, яко же скиніа посребренна, и источник разума премудрости, исходящій от нея, оживляет». В то время обновляется вся земля. «Дадеся ми всяка власть...» «Дуну и глагола им: пріймите Дух Свят!» «Дондеже дхнет день...»

Душа. Боже мой! Коль я усладнлася фігурою сею! Она мнє мила. О благолєпный образе! Прекрасное лице вєчнаго! Пресвєтлєйшее око! Призирающее и облистающее всю землю! Кто ли в сытость насладится тебе! О, позлащенная вєчностію скиніе і ковчеже Божій, спасающій от потопа всемырнаго! Ты еси сонце, храм тайному сонцу и селеніе Богу Іаковлю. Пой и воспой возлюбленному твоему, о прекрасная в женах! День и вечер пой! Нощ и утро пой! Вся тварь спит. Ты же и прекрасная сестра твоя луна не дрємлете, поюще сію пєснь: «Брат мой мнє, и аз ему...». Мило мнє дивиться, что к верховной сей фігурє всє протчія стекаются. А сія цариц царица ведет ко брату своему бесчисленное дєвиц стадо. «Отроковицы возлюбиша тя». «Во воню мира Твоего течем». «Приведутся царю дєвы во слєд ея» 155.

Сій суть царицы и чистыя наложницы царя небеснаго: «Возрадуемся и возвеселимся о Тебє» 156.

Дух. Хвалю твое мудрованіе, любезная моя голубице. Изнемогающій во вєре да вкушает оное зеліе и траву: «Всяка плоть – то сєно» 157. Но твоего возраста зубам стыдно сосать млеко. Раскусивай и ищи в шкорлупах зерно вєчности. Дом Божій не всуе наречен луза, разумєй: сад орєшный. В нем-то Авраам и Іаков созидают жертвенник и при трапезе оной бесєдуют с Богом 158. Иный в свєтлой седмице чрез день разумєет просто день. А иный жует каждый ея день, дабы почувствовать вкус животворящія правды и дня Господня, по-оному: «Соблюди нас во Твоей святынє весь день поучатися правдє Твоей». И сіе-то есть: «Ов убо разсуждает день через день, ов же судит на всяк день» 159. Да пребывает убо вкус и премудрость у совершенных, каков есть оный: «Господи! Очи Твои зрят на вєру». Аще же седмисолнечныя очи седмичныя смотрят на вєру, а вєра обличает невидиму и нову тварь, тогда видно, что Іеремія 160, рекшій сіє, не был из числа сих: «Ов разсуждает день чрез день».

Душа. Но где мои дщери іерусалимскія? Я скучилася без них. Гдє крынов краснєйшая, сих дєвиц наставница? Куда она спєшит? То желает прохладиться. «Под сєнь-де его возжелах». То просит: «Воведите мя в дом вина». То хвалится: «Пойду себе к горе Смирнинской». «Утвердите мя в мирах». Зачем ей в трактир ходить? Захотелось вина и благовонных помад?

Дух. Она прямо идет в горняя к Отцу своему. Запалила ее любов. Желаніем желает с ним повеселиться и напиться приснаго и свєжаго, нововыдавленного вина, называемаго римски – муст. Погулять ей хочется. Она идет к Лоту.

Душа. Да где же девался возлюбленный ея? Разве уже скучилося ей с ним? Зачем ей к Лоту?

Дух. Хочет поспать с батюшкою. Так, как дєвочки с Давідом, а Давід с вєчным покоем. «И полещу и почію». Первєе его безпокоили дєвочки. «Поспах-де смущен». Жалеется, будьто ожелчен. Потом радостно вопіет: «Сей покой мой!..» Вино и покой влекут старейшую дщерь Лотову, а она и юнейших стадо сестер влечет сюда же. Но не почитай же чистую сію голубицу блудницею. Ея отец и брат, и друг, и жених, и господин есть то же.

Душа. Что значит пещера Лотова?

Дух. Она есть солнечный чертог того: «Аз цвєт полній (полевый) и крын удолній». Лот, еллински – стакта, есть тук и клей из ароматных древес. Вспомни древо жизни. «Воня мира твоего паче всєх аромат». «Возрадуемся и возвеселимся о тебє». «Вы друзи мои есте». «Пиша же и упишася с ним». «Не имам пити от плода лознаго, дондеже пію новое...».

Чувствуй, душа моя, что Іисус не піет вина, но ожидает нєкоего дня Навинова; каков ни был, ни будет вторый вовєки. Во оный един день желает как пасху кушать, такі и пить муст, сирєчь нехмельное, но сладкое и новогроздное вино, оприсиокам приличное 161.

Душа. Вспомнила я ложь змінну, будьто муст могл здєлать пяным Лота. Но гдє было взять ветхаго вина бєглецам? А диких гроздей довольно найтить можно.

Дух. Пожалуй, остав ветхое и новое вино с оприсноками и пасхою! Да ищезнет, яко дым, вся тлень от блистанія сладчайшія истинны! Царствіе Божіе несть пища и питіе. Все тлєнь и лжа, кромє единыя вєчности. Она есть і истина Божія. Все жуй, вари и преобразуй в центр и в конец біблейн ы й; разумєй, в сок твоего сердца. Вот как! Печаль сего мыра подобна пяному вину. Печальный, будь-то пяный, бывает разслаблен, томный и унылый. Вот вино умиленія! «Напоил еси нас вином умиленія». Но вєчная і истина есть то сладчайшій муст и нектар, не во грусть, но в кураж и в крєпость приводящій. Вот что значит: «Дондеже пію новое» и протчая. Пяны и слабы суть всє фігур ы , без вєчности. «Укрєпитеся, руце разслабленныя». «Се Бог наш суд воздает». «Тогда скочит хромый, аки елень...» Вспомни седмистолпный дом премудрости 162. Как ли ты понимаеш фігуру дома сего?

Душа. Я доселє понимала, что сей дом на столпах облокотился или утвержден на них.

Дух. Не прелщайся же и знай, что здєсь столп значит не тое, что у римлян columna, но то, что у них turris, а у еллинов nvpvog, сирєчь возвышенное здание по образу круглаго или квадратнаго столпа. У нас называется башня, бойница (propugnaculum) или терем, как видно из малороссійской пєсни:

Понад морем глибоким

Стоит терем високій.

Таков был столп древній, называемый Форос, при устє рєки Ніла, над морем 163. Глава его дышала пламенем, в ночи из великой дальности видимым, путеведущим мореходцы к гавани. При сем столпе 70 толковники претолковали еллински Біблію 164. Тут праздновалася ежегодно память толикаго дєла. Чудо от седми древних чудес сей, превышше облаков столп. Вот тебе твердый, утверждающіи дом вєчнаго столпы: седм дней, седм сонец, но едино, и седм очей, но едино, и седм огней, но един огнь, и седм столпов и един столп. «Столп крєпости от лица вражія». Сій седм теремы, главы своя вышше облаков возносящіи, суть пресвєтлыи чертоги вышняго, от безчисленных горниц избранныя горницы, весь премудраго нашего Соломона храм, чудо вселенныя, просвєщающіи и защищающіи. «Седм сія очеса Господня суть...».

Благослови Бог день седмый. «В той почи от всєх дєл Своих». «О Ізраилю! Коль велик дом Божій! Велик и не имать конца». Но не сонце ли есть нерукотворенный храм ему? «Кій дом созиждете Мнє?» – глаголет Господь. В сем столпє снизшед, здєлал смєшеніе, а подув в сей же горницє благоуханною своею бурею, произвел раздєленіе языков по всей сей земле. В сей кущє надверхо шел росоносный огнь и огненный хлад Духа Святаго на апостолы. Тут-то пяны стали апостолы. «Пиша же и упишася с ним». Напилися они не на то, чтоб увянуть, падать, ползать и спать на землє. Во плоть возбєшенны не были. Дух вечнаго согрел сердце их. Отсюду кураж, новыя мысли, странныя речи, чудная сила, ясен язык их... Вот род піянства или вид его. А как Учитель их не пьет вина, не дождав нєкоего дня, новому сему питію виновнаго: «До дне того, егда...» и протч. и не яст пасхи без горницы нєкоего человека, так и ученики пяными показалися народу вот когда: «Есть бо час третій дне» 165. Третій час, третій день есть то воскресенія вєчность и царствіе.

Душа. Скажи же, Отче мой, для чего там же, кромє нєкоего дня великаго и кромє дому нєкоего, поминается и о Царствіи Божій? «Не имам ясти, дондеже скончаются во Царствіи Божій» 166.

Дух. Почто дрємлешь? Не слышишь ли, что третій день и царствіе есть тожде. Не забывай, что свєтлая седмица есть столп, град, дом и престол митрополскій. Тут сидит, судит и началствует племенам земным тот: «Ты кто еси? и рече им Іисус: Начаток» 167. Сонце есть день, столп – горница. Тут царствіе Божіе, сирєчь правленіе, власть и начало. «Даст ему Господь Бог престол Давіда, отца его». «Се Бог наш суд воздает!».

Душа. Я слыхала, будьто лучше читать: «Глаголаху, яко мустом исполнении суть», нежели так: «Яко вином исполнении суть» 168.

Дух. Как хотишь, читай, но мудрствуй о Бозє. Видь о винє можно сказать то же, что о водє: «Сіє же рече о Дусє» 169.

Душа. Не сей ли есть оный столп облачный и огненный, нощію и днем ведущій Ізраиля? 170.

Дух. Сей есть оный самый.

Душа. Для чего же в римской Біблій читают: in соlumna, сирєчь в столпє облачном, а не читают: in tur ri nubis?» 171.

Дух. Преткнулся толковник. Правда и приличность вопіет, да будет столп столповидным жилищем. Равно претыкаются іконописци, вмєщающіе Симеона Столпника 172 на колумнє, не на виноградной горничкє с балконцем, как видно из притчи: «Созда точило и столп», сирєчь горничку во виноградє 173. Чему ты усмєхнулася?..

Душа. Вєдаешь, Господи, и тайная моя. В катедралном Софійском храмє главная ікона, образующая дом премудрости, выставила седм колумны, поддержащія стєну 174. Нынє вижу их обман. Сверх того смєх мнє сотворили книжники безмінервныи. Они Діогена загнали в бочку 175. Едино не ражжеванное слово раждает смєшныя і вздоры. Как можно жить в бочкє или на колумнє?

Дух. Но не вельми будь любопытна во ветошах и вретищах. Термін или глас есть вретище! Путь ізраилскій не к ним, но чрез них. Забудь столпы твои. Спеши ко оным нерукотворенным: «Обиліе в столпостєнах твоих». Там пир, трапеза, хлєб, вино и невєстник, и невєста. «Ведите мя в дом вина». «Пойду себє к горе Смирнинской». Там Іерусалим. Тамо мнє мир. «Возвеселихся о рекших мнє: в дом Господень пойдем». «Тамо сєдоша престолы на суд». Из сея горы Девора изнесла суд на Сісару 176. Из сея кущи Іаиль, вырвав кол, пробила ему сквозь чрез око голову 177. Из сего града Юдіф выйшла и отняла главу Олоферну 178. Из сего столпа жена жерновым уломком сокрушила Авімелеху тємя 179. Из сего дома принесла хлєбы и вино, мясо и смоквы и муку чистую прекрасная Авігеа Давіду возлюбленному 180. Видишь, Душа моя, в кой дом желает невєста? «Ведите мя в дом вина!».

Душа. Хотєлося бы мнє знать жену, сокрушившую тємя Авімелеху. Вот героиня!

Дух. Она видь есть невеста нашего Соломона. «Сверже-де жена едина улом жерновны». А не слышиш Соломона? «Едина есть голубица-то моя». Смотри, куда сія голубица ведет хор дщерей іерусалимских? К воротам их, куда и Давід хочет прилєпитися. «Во вратах дщере Сіони». Тут игумен сидит и кушает хлєб свой. Тут праздник и торжество. Но гдє? Слышь! В полуднє, в солнцє. «Той есть Бог наш, Той упасет нас вовєки». «Внійдох во вертоград мой, сестро моя». «Ядите, ближній, и пійте и упійтеся, братія!».


Історія філософії України. Хрестоматія: Навч. посібник / Упорядники М. Ф. Тарасенко, М. Ю. Русин, А. К. Бичко та ін. – К.: Либідь, 1993. – C.  238-282.

grygorij_skovoroda.rar [124.29 Kb] (викачувань: 2)


 (голосів: 1)

Автор: Admin 12 січня 2012 | Переглянуто: 664 | Коментарів: 0 | Друкувати
  Популярні
  Опитування
Чому українці часто соромляться визнавати себе українцями?
Бо не знають своєї історії
Тому що українці це виключно злочинці, повії та інші маргінали
Бути росіянином, поляком чи американцем більш престижно
Loading
  Вхід на сайт
Copyright © 2005-2013 by Mykola Vitenko Яндекс.Метрика
Прикарпатський порталНовиниПогодаАвто Спорт Реферати Аукціон ТуризмМобільний світФорумОголошенняКаталогРекламаГороскопиПошта РоботаЧатиМагазинФiнансиПошукКомп'ютериЛистівкиЗнайомстваБлогиАнекдотиМузикаФотоРадіоМистецтвоХобіРозсилкиРайониВідеоАкціїТелегiдБiблiотекаIсторiяМагазиниТоп 100ЩоденникиПрограмиУкраїнський проектПрикарпатська ледіУкраїнський жіночий порталНерухомість ПрикарпаттяПортал українських колекціонерів УКРАЇНСЬКИЙ ЧОЛОВІЧИЙ ПОРТАЛКОМПЮТЕРНА УКРАЇНАMAN.IF.UAУкраїнська хатаТУРИСТИЧНИЙ ПОРТАЛ